Действительно хорошая новость, порадовался перед сном.
Будем надеяться, что это только начало.
“Вечером 15 сентября в Невском районе Петербурга к В.Бойко подошел неизвестный, похлопал сзади по плечу и, когда тот обернулся, с комментарием “Получай, жемчужный прапорщик”, ударил тяжелым предметом по голове”
Если кто-то пропустил, вот предыстория:
Вообще-то жемчужный прапорщик ни в коем случае не должен восприниматься как человек. Произошедшее с ним – не просто акт возмездия, не просто наказание. Бойко – символ, олицетворение мусорского беспредела, архетип, если угодно. Удар по его черепу эхом отдаётся в ушах каждого мента.
Избиение жемчужного прапорщика следует воспринимать как художественную акцию, а осколки его черепа выставить в музее.
Кстати, очень показательная реакция либералов, утверждающих, что “насилие не остановить насилием”.
Хорошо, что я не либерал.
Проходя мимо городской ратуши в Хэкней, некоторое количество демонстрантов откололось, чтобы атаковать этот символ муниципального подавления. Массы взяли инициативу на себя и дабы не отставать от своих собственных последователей, лидерам не оставалось ничего другого, как атаковать полицейский эскорт. БАМ! Кулаки и ботинки нигилистов били полицейские тела. ТРАХ! Несколько говнюков, пошатываясь, попятились назад, выплевывая струйки крови и иногда кусочек выбитого зуба. БАБАХ! Полицейских забили до потери сознания. В то время, когда его товарищей втаптывали в землю, постовой Филипп Диксон, встав на колени, стал просить пощады.
– Ребята, будьте умницами, не бейте меня, – ныл Диксон. – Я сделаю все, что вы хотите, можете меня иметь в зад или в рот. Я у всех хуй отсосу!
– Ладно, клоун, – сказал Майк Армилус и оголил свой амурный мускул. – Подавись-ка вот этим!
– Слушаюсь, босс, – захныкал Филипп.
– Подожди секунду, хуесос, – сказал Майк, когда Диксон сомкнул губы вокруг его члена, – ты уверен, что все, чем мы сейчас здесь будем заниматься, идеологически правильно?
– Что ты имеешь в виду? – удивленно переспросил Диксон.
– Ты на сто процентов уверен в том, что ты согласился сделать мне минет без принуждения? – допрашивал Армилус. – Ты уверен, что ты в своем уме, что на тебя не оказывается никакого давления, что ты решил добровольно заняться со мной оральным сексом?
– Конечно, во всем есть элемент давления, – с возмущением ответил постовой, – если я не отсосу, то меня здесь в отбивную котлету превратят!
– Тогда, – откровенно признал Майк, – я не могу себе этого позволить. Я считаю приемлемой любую форму сексуальной активности между обоюдно согласными партнерами, но меня оскорбляет, когда кого-то принуждают делать то, чего он делать не хочет.Майк вынул молоток из-под своей куртки и нанес им удар по голове легавого. Полицейский сдулся, как проткнутые иголкой легкие, а потом его обработали сапогами – ПО СЕРЬЕЗКЕ!
Стюарт Хоум в переводе Ильи Кормильцева, уважаемого, если кто вдруг не узнал.