Выносить сор из избы

Что такое “стук”? Не по уголовным понятиям, а в бытовом обывательском значении этого слова?

Лицо А оповещает лицо наделённое властью В о каких-то действиях лица Б, зная, что это может иметь какие-то неблагоприятные последствия для последнего. Стуком это считается, если А и Б находятся внутри одной социальной группы, интересы которой отличаются от интересов В или противоречат им.
Ну, например, А и Б – школьники, В – их учитель. А и Б – простые граждане, В – милиционер. А и Б – заключённые, В – надзиратель.
Если же А и Б находятся в разных категориях, то считать действия А стуком – странненько.
Если школьник рассказывает одноклассникам о том, что учитель совершил проступок – школьника никто не назовёт ябедой. Если гражданин разоблачает нарушение, совершенное милиционером при исполнении – претензий к такому гражданину не возникает. Заключенные не просто могут, а часто должны для выживания сговариваться за спиной тюремной администрации.

Разумеется, каждый человек принадлежит одновременно к множеству социальных групп, и в каждой конкретной ситуации приходится самостоятельно определять где “свои”, а где “чужие”. Вот этот момент выбора “с кем ты” и есть самое интересное.
Многие украинские патриоты (искренне не считающие себя нацистами) показательно возмущаются, тому, что кто-то “стучит” в другие страны о проявлениях нацизма в Украине. Например, оповещение жюри леволиберального конкурса The Bobs об ультраправых взглядах украинской участницы – это “донос”. Оповещение футбольных организаций о расизме на трибунах – “донос”. Вообще, любое информирование европейцев о нацизме и ультраправом насилии в Украине – это донос и работа на врага.

Возникает очевидный вопрос, а кто для украинских патриотов, которые на словах так сильно рвутся в молочно-кисельную Европу, в этой ситуации “свои”, а кто “враги”? О какой евроинтеграции может идти речь, если Европа воспринимается эдаким ментом или вертухаем, безусловно враждебной силой, от которой нужно защищать честь соплеменников, какими бы дрянными те ни были? Если общепринятые на Западе правила и нормы – это внешняя угроза, от которых надо защищаться, то зачем вообще притворяться евроинтеграторами? Зачем сдаваться врагу, которого вы ненавидите и который сам не горит желанием брать вас в плен? В самом ЕС единомышленники украинских правых называются как раз “евроскептиками” и продвигают политику изоляционизма.

Есть такая поговорка “не выносить сор из избы”, так вот, она не предполагает отказа от уборки. Просто когда-то суеверные люди предпочитали бытовой мусор сжигать прямо на дому, то есть решать проблему самостоятельно. Так вот, решать проблему расизма своими силами украинские нацдемы и либеральные патриоты явно не намерены. Заручаться помощью европейских товарищей – и подавно. Так может быть разгадка в том, что толерантные к нацистам “журналисты” и “правозащитники” просто любят свой родной мусор в котором утопают по колено?

Тогда им нужно просто честно признаться в этой девиации и продолжить жить дальше, но уже без лжи. Посмотреть в зеркало и глядя себе в глаза честно сказать: “Нацисты – мои друзья и товарищи, я считаю их деятельность полезной для украинского общества. Этих людей следует защищать от нападок западных толерастов и местной пятой колонны. Ксенофобия и расистское насилие не являются проблемой.” Если в этот момент захочется зигануть – смело вскидывайте руку, уже можно не сдерживаться.