Две политики

Существует два принципально-разных подхода к политике и они напрямую не коррелируют с левизной-правизной. Скорее с искренностью.

Первый подход основан на желании понравиться массам. Это прямо связано с участием в выборах и необходимостью получить голоса электората. Впрочем, многие не-парламентские политики и гражданские активисты подчас бездумно копируют этот популистский подход и стремятся завоевать народную любовь, изменяя свою риторику и лозунги в зависимости от сиюминутных пристрастий толпы. В моде патриотизм – будем патриотами, в моде западничество – западниками, традиционные ценности – припадём к иконе, свобода слова – станем борцами за свободу.
Конечно же, масса неоднородна, так что существует отдельная прослойка конъюнктурщиков, провозглашающих “непопулярные” лозунги. На самом деле, они просто ориентируются на более узкую аудиторию. “Альтернативная музыка” является не менее коммерческой, чем мейнстрим, просто она продаёт свою альтернативность. С “альтернативной политикой” – точно так же.

Второй подход – не подстраиваться под мнение масс, а участвовать в его формировании. Куда более сложная и кропотливая работа, и отнюдь не столь очевидная. Но именно она имеет смысл, если ваша цель – не посидеть в уютном кресле, а действительно изменить общество. По капле внедрять свои лозунги и свои идеологемы, сделать так, чтобы даже ваши враги заговорили вашим языком. Пропагандировать словом и действием. В Украине этот подход достаточно успешно, с некоторыми оговорками, продемонстрировали ультраправые. Но продвижение своей повестки и риторики (приветствие “слава Украине – героям слава” перестало быть маргинальным, о нации и патриотизме заговорили даже те, кто раньше избегал этих слов) ещё отнюдь не тождественно электоральным успехам, что показывают низкие президентские рейтинги Свободы и Правого Сектора, кандидаты от которых в сумме едва набирают 5%.

Надо заметить, что и “Свобода”, и ПС не были до конца последовательными. И у тех, и у других присутствует как “идеологическая”, так и “популистская” составляющая. Факельные шествия на 1-е января, портреты Бандеры и даже бессмысленные ксенофобские спичи – это как раз работа на завоевание гегемонии, а вот метания от традиционного ультраправого “евроскепсиса” до поддержки евроинтеграции и демократической повестки – чистейший Realpolitik.

Успехи правых крайне поучительны, они заслуживают изучения, но не нужно слепо пытаться их повторить. Не так давно уже был предпринят один печальный опыт построить “левую Свободу”. Нужно помнить, что правая идеология куда более устойчива к внутренним противоречиям и отсутствию логики, чем левая, что неплохо подмечено в эссе Умберто Эко “Вечный фашизм”. Если ВОС или “Правый Сектор” могут кое-как сочетать “идейность” и реальную политику, оставаясь на ультраправых позициях, то либертарная организация, сыграв в ту же игру, перестанет быть либертарной.
Приходится выбирать: борьба за симпатии или борьба за умы.