Колонка в Киеврепорт – Бабочка под стеклом

Вот, напоследок, запоздалая колонка для Kievreport.

Берлинская Биеннале давно закончилась, и сейчас, когда утихли восторги и критика, можно задуматься о том, что изменило это событие в политическом искусстве. И придётся с большим сожалением признать, что ровным счётом ничего. Не потому, что кураторы или художники не справились с поставленной задачей, а скорее потому, что выбранные ими средства никак не могли привести к намеченной цели, и это можно было предсказать с самого начала. Но я очень хотел ошибиться, поэтому так долго тянул написание этой небольшой колонки.
Первое, что я испытал приближаясь к оккупированному Жмиевским и его помощниками институту современного искусства было чувство узнавания. Над зданием развевался близкий сердцу красно-чёрный флаг анархо-синдикалистов. У входа посетителей встречает плакат с Лукашенко в хоккейной форме, там же разворачивается полемика разных авторов — одни предлагают не играть с диктатором, другие — остановить НАТО. И те, и другие, безусловно правы. Проходим внутрь: мастерская протестного плаката, в которой видны следы акции в поддержку Pussy Riot, стены покрытые различной более-менее экстремистской агитацией (добавляю туда несколько стикеров своего полу-подпольного профсоюза FAU), разнообразные надписи. Некоторые активисты фактически обитают там, на Биеннале, внизу висит объявление «последний уходящий закрывает за собой дверь».
В туалете большая размашистая надпись, художник критикует институционализированное искусство в целом и эту выставку в частности и пишет, что единственный достойный его холст — улица. На другом этаже всем желающим в паспорт ставят печать о въезде в Палестинскую Республику — не все соглашаются, неизвестно как отреагируют на такой знак израильские пограничники. По стенам висят газеты напоминающие о протестах в Беларуси и в России. Организаторы смогли собрать даже не столько образчики арт-протеста, сколько образчики протестной наглядной агитации, которой было дано новое качество и новая жизнь в виде произведений искусства. Это касается не только плакатов, газет и листовок, но и растений, высаживаемых в рамках «зелёной герильи».
Осмотрев экспозицию, опять выходим наружу. Чайник чая в кафе на территории института стоит около 3 евро, примерно столько же — кусок торта. Отличный чай, вкусный торт. Только вот цены эти — для завсегдатаев арт-кафе, но не для активистов. Нельзя законно оккупировать институт современного искусства, но если уж это сделано — нельзя при этом отказаться от оккупации столовой. Организаторы могли бы пригласить инициативу Food for Action, которая кормит большие левые демонстрации и съезды или же самостоятельно испечь что-нибудь, стать за прилавок и раздавать по себестоимости, или же в обмен на пожертвования, отправляя выручку на активистские нужды. Может прозвучать немного мелочно, но именно такие мелочи и формируют тонкую грань между настоящей уличной левой средой и её достоверной качественной имитацией, выполненной интеллектуалами в рассчёте на зрителей из среднего класса.
Читать дальше