Мы живём в грязном вонючем бараке с клопами, едим помои, ежедневно нас бьют плёткой. И революционер, и реформист в равной степени хотят изменить этот порядок вещей, но выбирают разные стратегии. Революционер будет пытаться снести барак, удавить надсмотрщика его же кнутом и сжечь населенную клопами ветошь, чтобы впоследствии построить что-то более пристойное.
революция
52 записи
Скоро будет пара текстов и видео, а пока вот музыкальная пауза. Выложу то, что непроизвольно играло у меня в голове в последние дни. К официальным саундтрекам Майдана это не имеет отношения, это внутреннее.
Продолжим рассказ об ошибках левого неофита. Как это ни парадоксально, одной из самых опасных ошибок является вера в то, что революция вот-вот свершится. Чаще всего человек приходит в движение на подъёме. Какая-то успешная или, по крайней мере, массовая кампания, будь то студенческие протесты в Киеве 2010-го года, или оппозиционные выступления в Москве 2011. В воздухе пахнет переменами, мелкие победы - воодушевляют, лёгкие репрессии - только лишь добавляют куража. Силы старые и злые вот-вот будут побеждены, прямо сейчас мы находимся на важном историческом переломном моменте, с нас начнётся возрождение левого движения, мы подадим пример всему миру, царит всеобщее воодушевление, праздник непослушания и веселый карнавал. Потом репрессии становятся не декоративными, а настоящими и карнавал заканчивается. Но иногда упадок возможен и без особых репрессий: массовка разбегается (то ли одержав мелкую победу и удовлетворившись ей, то ли убедившись в тщетности своих усилий). Вчерашние товарищи либо "взрослеют" и уходят в семью и карьеру, либо продаются за мелкий прайс в "реальной политике". Революция уходит с улиц и возвращается на кухни, в дешевые забегаловки или хипстерские кафе - у кого вкусы. "Волна в конце концов разбивается, и откатывается назад". И вот тут наступает тот самый момент, когда вера в быструю, весёлую и мирную (хотя можно и кровавую
Кремлевские пропагандисты и политтехнологи добились одной очень важной цели. Они смогли вызвать в массах апатию и разочарование, сродни тем, которые воцарились в Украине после Оранжевой Революции, но только без самой Оранжевой Революции. Противостояние Навальный-Путин - это совсем не противостояние Ющенко-Янукович образца 2004-го года.
Я рад, что вчера не написал ничего по поводу Навального. Забавно всё-таки: человек провёл в тюрьме один день, но у всех отпечаталось в памяти, что он - русский Нельсон Мандела.
Говоря о мещанстве и обывательстве, было бы неверно приписывать эти свойства лишь "неактивным массам". Такой подход бы ничем не отличался от пошлого элитизма правых, от донцовщины, от почти расистского деления людей на "казаков" и "свинопасов". На самом деле никаких казаков не существует.
После того как пообщался с публикой из лучшего гуманитарного вуза Украины, которой не хочется никаких конфликтов, а хочется, чтобы был мир, благодать и "репутация университета" любой ценой, вспомнилась цитата из Горького: "Чайки стонут перед бурей, - стонут, мечутся над морем и на дно его готовы спрятать ужас свой пред бурей. И гагары тоже стонут, - им, гагарам, недоступно наслажденье битвой жизни:
Не понимаю я одну вещь. Люди считают нормальным митинговать вместе с политиками, скандирующими "комуняку на гілляку, москалів на ножі", а "смерть ворогам!" - вообще краеугольный камень украинской политики.