Максимальное возможное противодействие

Замечаю, что люди, поначалу относившиеся крайне скептически и к Pussy Riot, и к их задержанию, сейчас, в той или иной форме, высказывают им поддержку. Или, по крайней мере, неодобрительно отзываются о суде и надеются на мягкий приговор.
Поначалу многим казалось, что “подержат пару недель и выпустят”, теперь уже ясно, что даже если их и выпустят, то полгода тюрьмы – всё равно полгода тюрьмы, их обратно не вернёшь.
Чтобы не приходилось потом постфактум менять своё мнение, следует с самого начала выработать у себя рефлекс – если активист задержан (даже без возбуждения дела, даже если он просто сидит в РОВД для проверки документов) – следует вести себя так, будто бы его пытают и завтра отправят на расстрел. Как только его судьба прояснится (например, задержанный получит 15 суток) – можно немного расслабиться. До тех пор, пока в его судьбе сохраняется элемент неизвестности – нужно готовиться к худшему и вести себя так, будто бы дело идёт о жизни и смерти.
Даже если это “дурак, который сам виноват” (а с задержанными активистами такое бывает частенько). Даже если речь идёт не о политическом деле, а о пьяном дебоше или наркотиках. Любой арест активиста режимом – это смертельно-опасная политическая репрессия, независимо от того, обвиняют его в попытке убийства президента или в том, что написал матерное слово на заборе.
Тут очень важно прочувствовать тонкую грань: ни в коем случае нельзя лгать и преувеличивать, как частенько любят делать правые (с уверенностью говорить о пытках и побоях тогда когда их нет, завышать опасность наказания при общении с прессой и т.д.) – но любые сомнения нужно всегда трактовать в пользу жертвы репрессивной системы и реагировать максимально. Если с задержанным нет связи – вы не только в праве, вы должны предполагать худшее, если решение суда неизвестно – нужно изначально готовиться к тому, что оно будет максимально жестоким.