Широкая левая как корпорация

В разговоре с “левым интеллектуалом” Виленским (вернее в монологе, я давно пытаюсь избегать разговоров, в которых мне не скажут ничего нового, но иногда люблю высказаться) сформулировал одну важную вещь. Распишу её здесь более развернуто.
001
За концепцией “левого единства” не стоит никакой политической мысли, идеи, стратегии, и уж тем более она никак не связана с реальной тактикой. Любое объединение имеет смысл только лишь при условии наличия плана, который служит интересам всех участников объединения и для исполнения которого нужно их скоординированное участие. Для обустройства кружка чтения классиков “единство” не нужно, для него даже организация не нужна. Единство может быть лишь тактической ценностью, оно должно строиться под определенную задачу. Постсоветские же левые постоянно строят “широкие коалиции” призванные объединить всех, не понимая в чем смысл этого процесса. Даже если они не объединяются под одним названием, “общелевая” среда возникает всё равно, стихийно, по субкультурному принципу. Мне всегда казалось, что это нелогично, что это ошибочно, что это – продукт человеческой глупости и недальновидности, но я ошибался. Задача на самом деле существует, просто она не проговаривается и не совпадает с задачами декларируемыми вслух.

Основная функция левой среды – самовоспроизводство, выстраивание идентичности, поддержание командного духа. Я раньше сводил всё это к феномену “тусовки”: когда круг общения замыкается на определенную политическую сцену, люди из оттуда регулярно вместе выпивают, дружат, спариваются и, в результате, ссориться с друзьями из-за такой ерунды как политика становится неудобно. Я думал, что после Майдана, после начала войны, когда за практически любой политической позицией стоит кровь и смерть – тусовочка поломается и начнут наконец-то появляться новые смыслы. Поначалу так и случилось, но нет. Тусовочка подтвердила свою неубиваемость. Такие фигуры как Андрей Манчук и его соратники вполне себе реинтегрируются в украинскую левую сцену. Те про-ДНРовские сталинисты, которые были более искренними и пошли воевать в “Призрак”, тоже бы были приняты обратно, если бы пожелали вернуться. Не из-за ватности левых, настоящей ваты среди украинских левых как раз мало, а из-за их всеядности. Откуда же берется эта всеядность граничащая с говноедством?

Так вот, секрет выживания тусовки – не столько в дружбе. Дружба иногда сходит на нет, иногда друзья становятся врагами, а вот среда в которой варятся бывшие соратники никуда не девается. Ответ здесь надо искать не столько в сфере человеческой психологии, сколько в экономических отношений. Левая среда – это не только тусовки. Это еще и рабочие места. Это гранты для гуманитариев, гранты для деятелей искусства (я сейчас не только о художниках, но и о кураторах, критиках, etc). Бесплатные поездки по всему миру для “простых” активистов. Возможность получать шенгенскую визу по приглашению партий и фондов. Возможность пристраивать свои статьи за гонорары даже в самые скудные для профессиональных журналистов годы.

Нет, я не утверждаю, что быть левым – это какое-то золотое дно. Денег большинство активистов не видит, получаемые ими косвенные материальные блага достаточно скромны, да и те, кто деньги всё же получает вынуждены за них так или иначе работать. Обвинения в грантоедстве со стороны правых звучат смешно – быть правым в целом выгоднее, внутри правого движа существует куда больше эффективных способов заработать. Хотя, к примеру, воровать (если есть сноровка и навык) – гораздо выгоднее, чем любая политика. Айтишник средней руки зарабатывает больше “профессионального левого активиста”. Левая среда – это последнее место куда следует идти, если хотите настоящих денег. Но и игнорировать тот факт, что активист помимо “морального удовлетворения” получает ещё и некоторые материальные блага – нечестно. Приходят в движ за идею, но экономические связи часто заставляют задерживаться там после того, как первый запал прошел.

Наличие определенной инфраструктуры (в первую очередь международной, собственной инфраструктуры у постсоветских левых считай нет) загоняет в рамки, вынуждает играть по правилам единства. Хочешь визу? Гонорар за статью хочешь? Финансирование под свой проект (хороший и интересный) получить хочешь? Будь так любезен, играй по правилам, не выноси сор из избы, не раскалывай, говори то, что у нас здесь принято. Чем больше, чем разнообразнее, чем внушительнее “левая среда”, тем больше ресурсов она может привлечь. Людям, которые постоянно скандалят и топят друг друга никто денег не даст, людям, которые задают неудобные вопросы и поднимают неудобные темы денег не дадут. И тем, кто рядом с ними стоит – тоже не дадут. Так что, как завещал дедушка Кропоткин, кооперация выгоднее конкуренции. Приходится дружить. Мало кто делает это осознанно, обычно люди просто вытесняют на обочину сознания неудобные мысли. Никто не любит сомневаться в собственной принципиальности и рефлексировать на этот счёт. Чем чаще ты пожимаешь подлецу руку, тем сложнее становится её ударить, тем более, что окружающие тоже жмут ему руку без брезгливости. Тут уже работает формула “здесь так принято”. Люди, критично настроенные по отношению к обществу и к власти, легко оказываются конформистами на уровне своего небольшого сообщества и не хотят идти против его неформальных норм.

“Левое единство” – это не политика. Представьте себе корпорацию: кто-то в ней зарабатывает, кто-то просто проходит бесплатную практику, но при этом вволю пьет кофе из автомата и набивает карманы печеньем. Регулярно проводятся совместные тренинги для поддержания корпоративного духа. Многие люди продолжают дружить в том числе и после работы, ходят друг к другу в гости или даже живут вместе. При этом в корпорации постоянно нарушаются санитарно-гигиенические нормы, большая часть продукции – брак, клиенты разбежались, все медленно стагнирует. Но благодаря прошлым достижениям достаточно денег и на зарплаты, и на кофе с печеньками. Думать о будущем не принято. Говорить о куче мусора в подвале, о том, что бригада ремонтных рабочих пропала и в лифте воняет падалью – не принято. О том, что мясо в столовой имеет странный сладковатый привкус говорить не принято. А если кто-то начнет говорить о реальном положении вещей – его можно обвинить в “выносе сора из избы”, в работе на конкурентов и в том, что это именно он виновен в разорении, потому что вместо того, чтобы ходить на корпоративы со всеми, критиковал, демотивировал товарищей и плел интриги.

Именно экономический интерес, причем достаточно примитивный, сводимый к формуле “после нас хоть потоп”, а совсем не общие идеалы и не общие политические планы держат “левое движение” вместе. Можно бесконечно критиковать фонды типа “Фонда Эрнста Никиша” (бывший “Розы Люксембург”) и всяческие партии с испачканной репутацией. Настоящий удар им и их союзникам может быть нанесен только лишь через создание альтернативной инфраструктуры, которая бы аккумулировала и распределяла ресурсы и функционировала независимо от симпатий левых бюрократов. Но работать всё это сможет только лишь при наличии четкого плана развития политического движения, только лишь при наличии тактических шагов, исполнение которых может быть четко верифицировано. Иначе предприятие заведомо лишено смысла, иначе оно выродится в еще одну корпорацию нацеленную лишь на выживание и воспроизводство.
party

52 комментария “Широкая левая как корпорация”

  • Fedor Busov
  • Kenji Urada
    • Alexandr Wolodarskij
    • Alexandr Wolodarskij
    • Kenji Urada
    • Alexandr Wolodarskij
    • Kenji Urada
    • Kenji Urada
    • Володимир Задирака
    • Kenji Urada
    • Alexandr Wolodarskij
    • Дмитро Мрачник
    • Дмитро Мрачник
    • Alexandr Wolodarskij
    • Kenji Urada
    • Alexandr Wolodarskij
    • Kenji Urada
    • Alexandr Wolodarskij
    • Володимир Задирака
    • Kenji Urada
    • Володимир Задирака
    • Alexandr Wolodarskij
    • Kenji Urada
    • Alexandr Wolodarskij
    • Alexandr Wolodarskij
    • Kenji Urada
    • Alexandr Wolodarskij
  • George Losev
    • Alexandr Wolodarskij
    • George Losev
    • Sergey Yermakov
    • Alexandr Wolodarskij
    • George Losev
    • Sergey Yermakov
    • Elena Georgievskaya
    • George Losev
    • Elena Georgievskaya
    • Dmitry Vilensky
    • Alexandr Wolodarskij
    • Сергій Кутній
  • Igor Rogovtsev
    • Alexandr Wolodarskij
    • Igor Rogovtsev
  • Alexander Rysev

Добавить комментарий