Продолжим рассказ об ошибках левого неофита. Как это ни парадоксально, одной из самых опасных ошибок является вера в то, что революция вот-вот свершится. Чаще всего человек приходит в движение на подъёме. Какая-то успешная или, по крайней мере, массовая кампания, будь то студенческие протесты в Киеве 2010-го года, или оппозиционные выступления в Москве 2011. В воздухе пахнет переменами, мелкие победы - воодушевляют, лёгкие репрессии - только лишь добавляют куража. Силы старые и злые вот-вот будут побеждены, прямо сейчас мы находимся на важном историческом переломном моменте, с нас начнётся возрождение левого движения, мы подадим пример всему миру, царит всеобщее воодушевление, праздник непослушания и веселый карнавал. Потом репрессии становятся не декоративными, а настоящими и карнавал заканчивается. Но иногда упадок возможен и без особых репрессий: массовка разбегается (то ли одержав мелкую победу и удовлетворившись ей, то ли убедившись в тщетности своих усилий). Вчерашние товарищи либо "взрослеют" и уходят в семью и карьеру, либо продаются за мелкий прайс в "реальной политике". Революция уходит с улиц и возвращается на кухни, в дешевые забегаловки или хипстерские кафе - у кого вкусы. "Волна в конце концов разбивается, и откатывается назад". И вот тут наступает тот самый момент, когда вера в быструю, весёлую и мирную (хотя можно и кровавую
Политика
Культура бунта является единственно здоровой формой политической жизни страны. Свобода, равенство и солидарность явятся путеводителями в жизни и борьбе человека и человеческих обществ, в отыскании новых идей и равенственных отношений между людьми. Бунт - это не только протест раба против господина, но и протест человека против мира рабов и господ. Каждый честный человек становится анархистом.
Одна из лучших песен гениального Ромы Осьминкина, которому удалось поймать самую квинтэссенцию советского некропатриотизма во всей его противоречивости.
Антизападная пропаганда в постсоветских республиках в последнее время упёрлась в миф о гей-оккупации. В самой России защита "традиционных христианских ценностей" от мнимой угрозы стала национальной идеей и логично, что пророссийски-ориентированные силы в Украине активно пытаются переносить эту риторику на местную почву. На улицах по всей стране появилась реклама-предостережение от "Украинского Выбора" Медведчука: "Ассоциация с ЕС - это однополые браки". Противники Евросодома сулят гибель христианским ценностям и патриотизму и в лучших курехинских традициях пугают нас Грибом: Подход к агитации пророссийских националистов очень напомнил мне об их собратьях по разуму из противоположного лагеря. Помните закон Колесниченко-Кивалова, который, по мнению нацдемов, был должен "знищити рідну мову"? Прошло больше года после его принятия. Правда, поразительные разрушительные последствия? Украинский язык уничтожен, а вместе с ним и сама украинская государственность, вся страна - в руинах, отовсюду слышится язык блатняка и попсы и нема вже більш Михайликів та Петриків, лише огидні москальські "Міши" та "Пєті"... Вспомните пафосные речи, которые патриоты произносили в разгар языковых протестов. Сейчас они вспоминают их неохотно, и уж точно не стали бы цитировать дословно. На всеобщую истерию того периода повелись даже некоторые левые, которые в порыве национально-освободительного слабоумия вышли протестовать рука об руку с нацдемами и просто нацистами безо всяких примесей. Главный результат
Героический Илья Романов опять за решеткой. Не так давно он просидел 12 лет в адских условиях по сфабрикованному делу "одесских комсомольцев", теперь, судя по всему, надолго присядет в России. Якобы он пришёл взрывать облвоенкомат, но самодельная бомба оторвала Вообще, история какая-то очень странная. С одной стороны я понимаю Илью - после стольких лет
Есть смешное предубеждение (которому я тоже одно время был подвержен), что Россия является социальным государством. Якобы Украина с её оранжевыми революциями погрязла в нищете и либеральных реформах, а в России нефтяные деньги позволяют властям покупать благосклонность населения подачками. Причём этот предрассудок в равной мере разделяют как сторонники неолиберальных реформ, так и их противники. И те, и другие говорят одну и ту же чушь, лишь с разными интонациями. И те, и другие противопоставляют свободу и социальную защищённость, только вот по-разному их оценивают. На Нигилисте - вышла отличная статья, которая сравнивает российскую и украинскую социалку и тем самым разбивает популярную аргументацию в пользу единения с путинской Россией. Не будучи способным на консолидацию по российскому образцу, украинский правящий класс не в состоянии противостоять давлению снизу (удвоенному субъективными переживаниями руководителей страны) и руководствуется принципом «как бы чего не вышло». Тогда как россияне своим уровнем жизни расплачиваются за свою пассивность и чрезмерную склонность конструктивно решать проблемы вместе с начальством во имя всеобщего блага. Стоит вспомнить, что при любом мало-мальски значимом социально-экономическом протестном выступлении российская власть притормаживала – например, с монетизацией льгот. Но таких выступлений мало, а правящий класс консолидирован и уверен в себе (несмотря на хитрые умопостроения некоторых российских социал-демократических аналитиков, пытающихся «играть на противоречиях»
В Киеве прошли отличные лекции Вольфа Кицеса, две из них - в рамках нашей БесПартшколы. Выложу ту, которую удалось качественно записать. Собственно лекция. Вопросы и дискуссия. Также два дискуссионных текста о глобальном потеплении: "Как правильно врать, что глобального потепления не существует" и ответ на него - "О классовой природе климатических изменений".
Когда-нибудь можно будет объединить это в большую статью, а пока буду выдавать маленькими порциями. Большую часть описанных синдромов я перенес самостоятельно, так что вполне знаю о чём говорю. Практически любой активист пришедший в левое движение переживает фазу "строительства левого единства". Он видит перед собой множество милых людей говорящих очень похожие вещи и стремящихся к вроде как похожим целям и решительно не понимает почему они разделены на множество организаций и конфликтуют между собой. Поэтому первое рефлекторное желание неофита - это "наладить координацию между различными левыми группами", создать что-нибудь (организацию, сайт, форум, газету, интернет рассылку, культурный центр, не важно), что позволит всем этим милым людям лучше узнать друг друга и начать работать вместе во имя какой-нибудь общей светлой цели. Как правило, неофит полагает, что активисты из разных течений недостаточно знакомы друг с другом и поэтому относятся с такой опаской, настороженностью и враждебностью. Потом он понимает, что самые враждебные как раз знают друг друга очень хорошо и очень давно и начинает списывать всё на "личные конфликты". Хотя любой "личный конфликт", как правило имеет в себе политическую составляющую. И это вовсе не непримиримый спор о природе СССР (госкап или деформированное рабочее государство?) или же о руководящей роли авангардной партии. На самом деле, анархисты не