Игра как последний островок гуманизма

Коротко и тезисно.

В дальнейших рассуждениях я исхожу из предпосылки, что научное и техническое развитие человечества не остановится, а продолжится по нарастающей, а проблема дефицита природных ресурсов будет разрешена.
В случае если эта предпосылка неверна, мои дальнейшие рассуждения не имеют ценности: в условиях дефицита нас ждет жесткий киберпанк и новое средневековье в духе Вархаммера 4К, но этот вариант я считаю куда менее вероятным, чем описанный ниже дивный новый мир.

Возьмем положительный сценарий, при котором прогресс приведёт к появлению общества всеобщего изобилия. Без золотых унитазов, но с удовлетворением базовых потребностей человечества.
При этом, труд большей части людей становится попросту не нужен. Часто говорят, что роботы не отберут рабочие места, а просто изменят их, но это не так. Как только это станет экономически рентабельно, машины начнут обслуживать, чинить, строить и даже проектировать себя сами, количество же людей в которых они нуждаются сведется к минимуму. Да, у большинства людей действительно не будет работы. Да, многие не впишутся в мир будущего. Нет, они не будут бедствовать – тотальная роботизация сможет прийти либо вместе с единым всеобщим доходом для всех, либо с тотальным геноцидом, которым бредят конспирологи. Но тотальный геноцид – дело сложное и дорогое, людей будет дешевле накормить, чем преследовать и убивать.

После того, как станет возможно расширять способности своего тела и разума с помощью технических приспособлений, возникнет пропасть между людьми-машинами, которые, так или иначе, найдут своё место в будущем, перестав, впрочем, быть людьми, и просто людьми, которые будут в нем не нужны (хотя они и будут сытыми, благоустроенными и, благодаря достижениям медицины, будут жить дольше чем любое из предыдущих поколений и успешно рожать здоровых детей).

Мы получим армию людей удовлетворенных желудочно (используя терминологию профессора Выбегалло), но ведущих совершенно бессмысленное существование, людей не способных вписаться в будущее, которое слишком быстро стало настоящим. Лет сто, а может и больше эти сытые люди без смысла жизни будут составлять подавляющую часть населения земли.
Единственное занятие, которое у них будет – это развлечение.
Но кино, телевидение, книги во всевозможных вариациях никак не компенсируют человеческую жажду действия. Человек не может быть вечным зрителем, человек не может лишь потреблять, он должен что-то делать.

И тут на помощь придут игры (которые, которые, с большой вероятностью, через пару десятков лет сместятся в виртуальную и смешанную реальность, классические компьютерные игры станут восприниматься как нечто олдскульное, традиционное, как настольные сейчас). Борьба, сражение, риск, интрига: всё то, чего будут лишены люди будущего в обычной жизни, они смогут испытать благодаря играм. Смешанная реальность, накладывающая виртуальные элементы на окружающий мир, заменит собой серые, пусть и благополучные будни. Люди смогут творить, переживать, даже испытывать боль и страх (но в той пропорции, которую сами себе выберут). Их долгая, сытая и пустая жизнь обретет яркий и красивый смысл, пусть этот смысл и будет существовать лишь для них самих.

Наполненная интерактивными развлечениями виртуальная реальность станет своеобразным хосписом для умирающего человечества, в то время как постлюди (сначала с аугментированными телами, а потом и вовсе без тел) будут летать в космосе, жонглируя звездами и галактиками.
Именно игра станет последним островком гуманизма, последним пристанищем человеческого.

21 комментарий “Игра как последний островок гуманизма”

  • Andrey Boborykin
    • Alexandr Wolodarskij
  • Elena Georgievskaya
  • Jozhi Stolet
  • Alexandr Wolodarskij
  • Alexander Rysev
    • Alexandr Wolodarskij
    • Alexander Rysev
  • Artem Krapivin
    • Alexandr Wolodarskij
    • Artem Krapivin
  • Харитон Сирин
  • Inga Shpiegel
  • Евгений Матвеев
    • Remus Croft
    • Remus Croft

Добавить комментарий