Нулевая толерантность к лицемерию

Короткая предыстория для тех, кто не следил за конфликтом: в Москве запланирован концерт группы Gang of Four, на разогреве должна была выступать местная группа Банда Четырех. Кто-то рассказал британцам о том, что их тезки – правые, и те потребовали убрать их со сцены. По этому поводу, предсказуемо, пошли дискуссии в социальных сетях, большую часть которых я предпочел не читать. Текст этот совсем не о музыке, банды четырех – лишь отправная точка для рассуждений.
gangof
Должен признать, я люблю обе группы. Русскую даже больше, я не знаю наизусть песен Gang of Four, в то же время Банду Четырех могу чуть ли не альбомами цитировать. Конечно, политические воззрения, которые прослеживаются и во многих песнях группы, и заявлениях солиста, во многом противоположны и даже враждебны моим. Но при этом, это какая-то очень душевная и родная “враждебность”: как негатив фотографии. Просто на некоторых развилках я свернул в противоположную сторону и пришел к противоположным ценностям. Но так вышло, что именно некоторые фрагменты из текстов Банды Четырех стали для меня в свое время мантрами, которые я бормочу в тяжелых ситуациях.

Но это мои личные пристрастия. Gang of Four были, конечно же, в своем праве, когда отказались играть со своими тезками из-за их правых убеждений. Я не осуждаю и тех, кто ознакомил англичан с “компроматом” на Сантима, в конце-концов, нет смысла скрывать общеизвестные факты, в такие игры играть нужно с открытыми картами. Единственное, что вызывает удивление – анонимность этого шага. Публичное заявление выглядело бы куда достойнее. Доносом пахнет не сам факт разговора о политических убеждениях “Банды”, а его закулисный характер.

Но я хочу написать о другом.
О том, что политика нулевой толерантности к правым в музыкальной сцене не работает. Не работает и политика нулевой толерантности к правым в политике и в социальных движениях.
Более того. Большинство анархистов и леваков не способны выдерживать политику нулевой толерантности на собственных кухнях.

Обязательно у кого-то находится guilty pleasure вроде любви к боновской группе (и попытки самооправдания в духе “это творчество, а не политика”) или к творчеству правого художника. Или же политическое сотрудничество с наци (тут могут появиться оправдания в духе: “они левеют, надо с ними работать”). Или старый школьный друг оказавшийся по другую сторону баррикад (“да это он понарошку”). Или родственник исповедующий людоедские взляды, но все равно любимый (“телевизор испортил, в жизни он не такой”).

Политика нулевой толерантности к правым не сработала даже в Германии, где леваки обладали (уже практически потерянной на данный момент) культурной и политической гегемонией, а также силовым доминированием на улице. Эта политика привела не к исчезновению правых идей и их носителей, а к триумфу лицемерия, к перекрашиванию. К новому кверфронту, который принципиально отказывается признавать свою сущность. Партия Die Linke мало отличается в своей риторике от правых популистов, они взывают к одному и тому же электорату используя одни и те же лозунги. Ксенофобы из Пегиды и когда-то левые антивоенные активисты вместе выступают под триколором против “войны с Россией”. Красно-коричневый союз, образовавшийся под прикрытием “антиимпериализма”, успешно манипулирует ритуальным антифашизмом для того, чтобы оправдывать самые реакционные политические режимы и идеи. Происходит именно то, против чего немецкие ультралевые вроде как боролись: левые и правые, прогрессивные и реакционные силы смешиваются в одну протофашистскую кашицу.

И практически всем на это плевать.

Если вернуться к концертам (мир вокруг них не вращается, но очень уж наглядный пример): антифа куда сильней обеспокоены борьбой против группы “Death in June” с их радужными тотенкопфами, чем срывом концертов сталинистов из “Banda Bassotti”, которые помогают русским боевикам в Донбассе, попутно занимаясь профанацией самой идеи антифашизма. Вторыми не обеспокоен вообще никто. Никому и в страшном сне не приснится что-то агрессивное предпринять по поводу шабаша русских националистов в Трептов Парке на 9-е мая, но на срыв какого-то даркфолк концерта будут брошены огромные силы. Дуглас Пирс – это страшный враг прогрессивного человечества, которого надо преследовать повсюду, даже за закрытыми дверями. В то же время ребята с портретами Ким Чен Ира, Ассада и Каддафи на левых демонстрациях – неизбежное зло, с которым следует смириться, не конфликтовать же с потенциальными союзниками по классовой войне? Георгиевская ленточка, которую на себя радостно цепляют всякие панки-субкультурщики, – символ борьбы против фашизма, а вовсе не символ экспансии “русского мира”.

Фашизм без всяких проблем прошел, он не стал штурмовать баррикады, а просто обогнул их. Он прошел когда фашисты перестали жечь руны на площадях и перекрасили флаги в менее кричащие цвета, а их оппоненты продолжили бороться с привычными фантомами. Многие левые до сих пор это не понимают. И когда они собираются с силами, чтобы начать агитировать за очередную “сиризу”, не понимая, что весь их движ является по сути своей штрассерианским в куда большей степени, чем Пирс или Сантим, посвящавшие Штрассеру свои песни.

Проблема совсем не в том, что кому-то из левых или анархистов не нравится Банда Четырех. Проблема не в том, что группы с родственным названием не сыграют на одной сцене (да, жалко, красивый каламбур пропадает, но в этом нет большой трагедии).

Проблема в том, что люди, которые легко усвоили, что “группу Банда Четырех слушать нельзя, потому что фашизм” очень часто не понимают в чем идеологическая проблема, гм, к примеру, анархиста Курылева и его “Электрических Партизан” и почему его взгляды на войну в Украине сочатся конспирологией и структурным антисемитизмом. Или, например, чем опасны взгляды защищаемые группой “Аркадий Коц” и почему позиция и политическая деятельность этих певцов социал-демократии идеологически враждебны либертарному дискурсу. Черно-белый режим иногда бывает очень полезен, но прежде чем его включить – стоит научиться настраивать палитру.

Нулевая толерантность на практике ведет не столько к изоляции фашистов, сколько к замалчиванию, к попыткам оправдать и скрыть тех из них, кто сотрудничает с движением. Борьба с фашизмом ритуальным, со словами и символами не дает замечать фашизм структурный. Желание заточенной ложкой вырезать соринки из чужих глаз не дает задуматься о бревнах в собственных.

Вместо политики нулевой толерантности я предложил бы политику _осознанности_. Разумный человек может поглощать любой культурный продукт, человек может получать от него эстетическое удовольствие и делать ценные политические выводы. Можно разложить произведение любого автора на сумму политических влияний, как прогрессивных, так и реакционных. Отфильтровывать одно, перенимать другое, отстраненно изучать третье. Яд принятый из рук заведомого врага может оказаться безвредным и даже полезным: зная с кем вы имеете дело, вы загодя примете противоядие. В то же время, яд принятый из рук ложного друга скорее всего отравит и убьет вас. Честный и открытый враг не так опасен, как друг, который пытается вас обмануть. Расистское или антисемитское высказывание вызовет у левака отвращение, он посмеется над теорией про заговор про рептилоидов, но с удовольствием проглотит теорию о “заговоре олигархов, которые устраивают все войны ради своей личной выгоды” даже не заметив, что говорит ту же самую стыдную глупость, но на чуть другом языке.

Не следует ничего брать на веру. Эта формула избита, её повторяют адепты критического знания, любят ее и всяческие конспирологи. Научившись недоверию к мейнстримовым источникам, но не научившись мышлению, люди начинают брать на веру любую дезинформацию. На самом деле, “альтернативные” источники часто оказываются куда более лживыми, чем буржуазные масс-медиа, а их ложь – куда более примитивной и грубой. Осознанность требует постоянного анализа и самоанализа, контроля и самоконтроля. Она требует интеллектуальных усилий, она требует желания разбираться, а не поглощать готовые решения.

Вышеперечисленное встречается не часто, так что я бы не стал навязывать “осознанность” в качестве обязательного стандарта для всех. По крайней мере, для меня она работает гораздо лучше, чем самоограничение. И уж лучше я буду по своей воле поглощать коктейль из различных ядов и антидотов к ним, чем пить безвкусную воду, в которой все равно поебались рыбки предательства и оппортунизма.

Добавить комментарий

215 комментариев “Нулевая толерантность к лицемерию”