Одна из главных ловушек “неавторитарного левого движения” заключается в том, что практически каждый человек в него пришедший испытывает иллюзию сопричастности к чему-то очень важному и нужному. Ему начинает казаться, что он – субъект истории, что его мнение и желание чего-то значат. На самом деле, “что-то значит” он исключительно в пределах […]
политика
4 записи
Сторонники приравнивания Майдана и Антимайдана (украинского, российский - отдельная песня) любят делать упор на том, что, дескать, и то, и другое - это "народные" движения. Можно поспорить с ними, указывая на то, что "Антимайдан" первоначально был не более чем купленной массовкой Партии Регионов. Но этот аргумент не совсем справедлив. Люди славили звали Россию, славили "Беркут" и лизали грязь с ментовского сапога вполне сознательно и искренне. Добавляет ли это какого-то веса их позиции, значит ли это, что что к ней следует прислушаться?
Когда политический активист начинает делать "художественные акции" - это признак того, что он по какой-то причине не может или не хочет заниматься собственно политикой. Или ещё не умеет, или уже отчаялся, или ему не позволяют обстоятельства. Подчёркиваю, я сейчас говорю именно об активисте (добивающемся изменений в обществе), а не о художнике (создающим культурный продукт), у них в конечном счёте разная мотивация, и оцениваться их действия должны с разных позиций.
Есть смешное предубеждение (которому я тоже одно время был подвержен), что Россия является социальным государством. Якобы Украина с её оранжевыми революциями погрязла в нищете и либеральных реформах, а в России нефтяные деньги позволяют властям покупать благосклонность населения подачками. Причём этот предрассудок в равной мере разделяют как сторонники неолиберальных реформ, так и их противники. И те, и другие говорят одну и ту же чушь, лишь с разными интонациями. И те, и другие противопоставляют свободу и социальную защищённость, только вот по-разному их оценивают. На Нигилисте - вышла отличная статья, которая сравнивает российскую и украинскую социалку и тем самым разбивает популярную аргументацию в пользу единения с путинской Россией. Не будучи способным на консолидацию по российскому образцу, украинский правящий класс не в состоянии противостоять давлению снизу (удвоенному субъективными переживаниями руководителей страны) и руководствуется принципом «как бы чего не вышло». Тогда как россияне своим уровнем жизни расплачиваются за свою пассивность и чрезмерную склонность конструктивно решать проблемы вместе с начальством во имя всеобщего блага. Стоит вспомнить, что при любом мало-мальски значимом социально-экономическом протестном выступлении российская власть притормаживала – например, с монетизацией льгот. Но таких выступлений мало, а правящий класс консолидирован и уверен в себе (несмотря на хитрые умопостроения некоторых российских социал-демократических аналитиков, пытающихся «играть на противоречиях»