Короткая предыстория для тех, кто не следил за конфликтом: в Москве запланирован концерт группы Gang of Four, на разогреве должна была выступать местная группа Банда Четырех. Кто-то рассказал британцам о том, что их тезки – правые, и те потребовали убрать их со сцены. По этому поводу, предсказуемо, пошли дискуссии в […]
Политика
Текст, опубликованный на кольте, показателен своей универсальностью. Его было бы можно без труда перевести на немецкий или английский язык, подсунуть местным левакам, минимально адаптировать к местным реалиям и его бы подписали. Не удивлюсь, если скоро у "платформы в защиту общества" появятся украинские эпигоны, которые почти в точности скопируют основной текст, изменив только пару незначительных деталей, чтобы адаптировать манифест к местным реалиям.
Как правило, и анархисты, и левые веруют в спасительный кризис. Подобно библейскому Апокалипсису к нам придет очистительный кризис, на мир обрушатся многочисленные бедствия, человечество погрузится в страдание, и после этого грешники уверуют в анархию и спасутся
Русские правые публицисты во главе с Захаром Прилепиным в своё время убедительно доказывали, что Нобелевскую Премию Алексиевич выдали исключительно за русофобию и клевету на великий народ спасший всех от фашизма. Но начав клеветать на русский народ трудно остановиться, так что случилось неизбежное. Алексиевич пришла за святынями украинской интеллигенции.
Любая дискуссия о радикальном исламе всегда происходит по заранее определенному сценарию, все реплики противников и сторонников можно угадать заранее, все остаются при своих убеждениях и все ощущают себя победителями. Так что я не хочу говорить об исламе. Куда интереснее взглянуть на ИГИЛ как на культурный и медиа-феномен.
Одна из главных ловушек “неавторитарного левого движения” заключается в том, что практически каждый человек в него пришедший испытывает иллюзию сопричастности к чему-то очень важному и нужному. Ему начинает казаться, что он – субъект истории, что его мнение и желание чего-то значат. На самом деле, “что-то значит” он исключительно в пределах […]
Евровидение - это не про музыку, а про политику. Даже в большей степени, чем спортивные соревнования. По крайней мере для Восточной Европы это событие в первую очередь политическое, а уже потом музыкальное.
"КГБ" иногда в шутку расшифровывалось как "Корпорация Глубокого Бурения". СБУ во многом наследует традиции своего предшественника. Они бурят вглубь, находят дно и продолжают бурить дальше, спускаясь все ниже и ниже.